Ерлан Идрисов: “стрелочник” или “генератор идей”?

1 февраля 2013 / 17:55
2921 0
Бурихан Нурмухамедов
директор Института национальных исследований

Принято считать, что один и тот же снаряд дважды в  одну воронку не падает, и в одну реку дважды войти нельзя, но опыт кадровых перемещений в нашей стране опровергает эти постулаты. Один из ярких тому примеров – нынешний министр иностранных дел Ерлан Идрисов, который спустя десять лет вновь возглавил внешнеполитическое ведомство. На его примере мы и попытаемся разобраться в том, насколько эффективна такая “реинкарнация” чиновников, и поможет нам в этом директор Института национальных исследований, политолог Бурихан Нурмухамедов.

- Ерлана Идрисова называют одним из самых опытных дипломатов в стране, и когда он вновь возглавил МИД, многие стали говорить о том, что наконец-то в министерстве, сотрясаемом в последние годы громкими скандалами, будет наведен порядок…

- Я бы шире взглянул на ситуацию и рассматривал деятельность Ерлана Идрисова в контексте той внешней политики, которую проводит Казахстан. Идрисов, безусловно, профессиональный дипломат.

Но надо признать, что “наследство”, которое ему досталось, а точнее сказать, та ситуация, которая сложилась на сегодняшний день в международных отношениях в регионе, требует повышенного, если хотите, более компетентного внимания и очень четкого формулирования позиции Казахстана в вопросах внешней политики. Во-первых, речь идет о том, что Казахстан с прошлого года более четко стал позиционировать себя в рамках Евразий­ского экономического сою­за, и этот процесс идет достаточно сложно. Во-вторых, в прошлом году президент Казахстана сделал ряд шагов по укреплению сотрудничества со странами центральноазиатского региона, что не может не радовать, но сложность заключается в том, что этот процесс до конца еще не оформился. И, в-третьих, фон, на котором Ерлан Идрисов проводит внешнюю политику Казахстана, нестабилен. В частности, я имею в виду разногласия по поводу использования космодрома “Байконур”. Все эти негативные факторы, конечно же, оказывают влияние на проведение внешнеполитического курса и поэтому требуют от МИДа высокого профессионализма и более пристального внимания, что мы видим не всегда и не в полном объеме. В данном контексте я хотел бы обратить внимание на визит в Казахстан российского министра обороны Сергея Шойгу, в ходе которого был подписан договор о создании единой системы противоракетной обороны. Замечу, переговоры по этому вопросу шли более шести лет, и меня, если честно, сегодня больше волнует не то, смог ли Ерлан Идрисов навести порядок в МИДе, а то, не произошло ли с подписанием данного договора ущемления наших национальных интересов. Подписание договора фактически на фоне скандала вокруг космодрома “Байконур” выглядит неким отступлением со стороны Казахстана.

Ерлан Идрисов долгое время работал послом в Великобритании, в США, и понятно, что это обстоя­тельство накладывает на него, как на политического деятеля, некий оттенок и заставляет задаться вопросом, на каком из приоритетов внешней политики Казахстана он акцентирует внимание – европейском, североатлантическом, российском, китайском и так далее. Мне кажется, что сегодняшние не совсем понятные взаимоотношения с Россией, в частности, обусловлены и этим моментом.

Не должны мы забывать и еще об одном обстоятельстве. Я имею в виду заявление Хилари Клинтон о том, что США рассматривают Евразийский союз как попытку реинкарнации СССР, и в этом вопросе есть определенная напряженность, которая осложняется актом Магницкого, законом Димы Яковлева и прочая. Казахстану, конечно, в этом отношении очень сложно, и Ерлан Идрисов в своей деятельности, безусловно, должен учитывать эти моменты.

Еще один немаловажный вопрос – это отношения Казахстана с центрально-азиатскими государствами. Я думаю, что визит Ислама Каримова в нашу страну и визит премьер-министра РК Серика Ахметова в Узбекистан являются первыми шагами, которые позволят сформулировать стратегию Казахстана в отношении центральноазиатских государств на ближайшую перспективу. Я, допустим, считаю, что эти шаги нужно рассматривать, как формирование неких, я бы сказал, особых отношений с Узбекистаном. Наступил такой момент, когда Центральная Азия должна осознать себя неким целостным регионом. Если ранее она позиционировалась как постсоветское пространство, как часть бывшего Советского Союза, была под влиянием этого дикого психологического комплекса, то теперь начинается новый этап осознания себя: не объектом внешнеполитической стратегии мировых держав – России, Китая, США и др., а в качестве целостного организма. Кстати, об этом говорил и Марат Тажин – о том, что судьбу центрально­азиатских государств будут решать только сами эти государства. В контексте же того, что в 2014 году ожидается вывод войск из Афганистана и назрела необходимость принятия собственной стратегии в отношении Ирана, процесс единения стран центрально-азиатского региона должен усилиться и ускориться – они не могут слепо следовать в фарватере внешней политики других государств, пусть даже таких мощных, как Россия или Китай. Вот почему это направление является очень важным. Об интеграции центральноазиат­ских стран в своем послании говорил и президент. И вот тут возникает вопрос: насколько хорошо в такой ситуации чувствует себя нынешний глава МИДа Ерлан Идрисов, насколько хорошо он ориентируется в данной проблематике? У меня ответа на этот вопрос пока нет. Как говорится, поживем – увидим.

- Но пока, если судить по выступлениям главы МИДа, особых акцентов на проблематике центральноазиатского региона он не делает. Вместо формирования внятной позиции по данному вопросу мы получаем разрешение Казахстана на то, чтобы француз­ская сторона могла использовать наш аэропорт для транзита техники и персонала из Афганистана. Хотя данное соглашение было подписано давно, ратифицировано оно было (причем после горячих дискуссий) именно при Идрисове. Это представляется весьма символичным, так как помнятся его заявления почти десятилетней давности, когда он предлагал создать в Казахстане под эгидой ООН и стран коалиции склады для хранения и переработки гуманитарной помощи и продукции, направляемой на восстановление экономик Ирака и Афганистана, а также высказывался за ввод казахстанских миротворцев в Ирак…

- Поскольку Казахстан имеет определенное геополитическое и географическое положение и намерен двигаться в сторону Европы, я имею в виду Европейский Союз, то происходящее сейчас вполне закономерно. Время слов проходит, для подкрепления намерений нужны конкретные шаги, и предоставление воздушных площадок для транспортировки грузов – с этой точки зрения вполне логично. И то, что Казахстан в вопросах, связанных с Афганистаном, занял проевропейскую позицию, на мой взгляд, вполне оправданно, тем более что речь идет не об интенсивном и широкомасштабном сотрудничестве. То, что сейчас происходит, носит характер рабочих моментов. Другой вопрос, как этот факт отразится на отношениях с Россией, которая, как известно, ревниво относится к подобным шагам, считая центральноазиатские территории зоной своего влияния. Мне кажется, Казахстан здесь должен более четко сформулировать свою позицию и проявить самостоятельность. И, как мне кажется, мы должны двигаться в сторону позиции Узбекистана. Понятно, что у нас есть Таможенный союз, мы создаем Евразийский экономический союз. Все это правильно. Но вместе с тем, мы долж­ны четко понимать, к какому региону мы относимся в географическом плане, и исходить из того, что Казахстан является независимым суверенным государством, проводящим собственную внешнюю политику. И таковыми нас должны воспринимать наши соседи – как равноправного партнера. Что будет в Центральной Азии через десять-пятнадцать лет? Это уже не будет постсовет­ское пространство. Но Россия упорно пытается вновь вернуть нас в это состояние – как некую площадку, которая находится под ее патронажем, опекой. На самом деле это и самой-то России не нужно, ей куда выгоднее иметь в нашем лице экономического партнера, сохраняющего определенную политическую и военную самостоятельность.

- Когда Нурсултан Назарбаев вновь назначал на должность главы внешнеполитического ведомства Ерлана Идрисова, он ставил перед ним конкретную задачу – усилить экономический блок в деятельности МИДа и способствовать реализации программы форсированного индустриально-инновационного развития. На ваш взгляд, справляется ли министр с этой задачей?

- Я бы сказал так: за экономические программы в рамках интеграционных объединений несет ответственность не один лишь МИД. У нас есть министерство по делам экономической интеграции, другие ведомства, которые тоже участвуют в данных процессах, и, значит, ответственность Идрисова в этом плане значительно разбавляется. Функции МИДа, на мой взгляд, в большей степени должны заключаться в акцентировании внимания на общих вопросах экономического сотрудничества Казахстана с разными странами и в помощи казахстанскому капиталу в выходе на новые рынки. Хотя, с другой стороны, бизнес сам должен нести ответственность за свои шаги в данном направлении. И в этой связи, как мне кажется, было бы правильным, если бы МИД действовал в связке непо­средственно с бизнесом. Например, это может быть некий коллегиальный орган, в котором государство было бы представлено внешнеполитическим ведомством, а выразителем идей и аккумулятором предложений служил бы, допустим, союз “Атамекен” или Торгово-промышленная палата. Эти структуры тоже должны взять на себя определенную степень ответственности за продвижение экономических интересов Казахстана.

- Какие положительные шаги вы ожидаете со стороны министра Идрисова, и какие отрицательные моменты в его деятельности вы прогнозируете?

- Если говорить о позитиве, то я очень надеюсь, что Ерлан Идрисов все-таки обратит внимание на центральноазиатский вектор, может быть, не без совета и поддержки со стороны наших европейских партнеров. Во-вторых, это сохранение рабочих отношений с Россией, недопущение ухудшения взаимоотношений с другими крупными партнерами Казахстана. В-третьих, соблюдение национальных интересов, продвижение экономических интересов казахстанского бизнеса на внешних рынках. Ну и налаживание нормальной работы внешнеполитического ведомства, может быть, даже с увеличением его штатов и расходов на содержание с тем, чтобы МИД Казахстана в большей степени соответствовал тем целям и задачам, которые перед ним ставятся.

Что касается негатива, то я опасаюсь, что не хватит компетентности, будет очень узкий взгляд на внешнеполитическую ситуацию, неправильно будут расставлены акценты.  

Источник: «Central Asia Monitor»

 

 


Нравится

Другие портреты

Северо-Казахстанская область Северо-Казахстанская область— одна из четырнадцати областей в составе Казахстана. Граничит на севере — с Курганской, Тюменской и Омской областью России; на юго-востоке — с Павлодарской областью; на юге — с Акмолинской областью
Аким Северо-Казахстанской области
Северо-Казахстанский областной акимат
© 2012-2018. Sayasat.org. Все права защищены
iBECSystems - разработка веб-сайтов, мобильных приложений, систем электронной коммерции и бизнес систем в Казахстане